ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ
>  23 августа
Ищем педагога по этикету
Московскому Художественному театру имени А. П. Чехова для репетиций спектакля «Гордость и предубеждение» необходим педагог по этикету. Справки по тел.: (495) 692-6253.
>  18 августа
Абонементы на октябрь
Уважаемые зрители!

В продажу поступили абонементы на октябрь 2016 года:

Зарубежная драматургия
09.10.2016 Макбет
14.10.2016 Контрабас
18.10.2016 Трамвай «Желание»

Партер: 5 ряд — 7.000 рублей
Партер: 12 ряд — 5.200 рублей
Амфитеатр: 2 ряд — 3.150 рублей
Бельэтаж: 2 ряд — 4.200 рублей
Балкон: 1 ряд — 2.400 рублей

Русская классика
06.10.2016 Дворянское гнездо
24.10.2016 Последняя жертва
28.10.2016 Обрыв

Партер: 5 ряд — 5.000 рублей
Партер: 12 ряд — 3.500 рублей
Амфитеатр: 2 ряд — 2.300 рублей
Бельэтаж: 2 ряд — 3.900 рублей
Балкон: 1 ряд — 1.750 рублей

Современная форма
17.10.2016 Идеальный муж. Комедия
21.10.2016 Бунтари

Партер: 5 ряд — 5.500 рублей
Партер: 12 ряд — 4.500 рублей
Амфитеатр: 2 ряд — 2.250 рублей
Бельэтаж: 2 ряд — 3.200 рублей

>  17 августа
С днём рождения, Олег Павлович!


В день рождения Олега Табакова Московский Художественный театр желает ему — своему артисту, художественному руководителю, реформатору и движущей силе — то, чего он, по его признанию, всегда желает себе сам: здоровья, терпения, сил и успеха. И, конечно же, радости. С днём рождения, дорогой Олег Павлович! Многие лета!

С любовью и благодарностью,
Ваш МХТ 
>  10 августа
115 лет со дня рождения Николая Хмелёва


115 лет назад родился актёр, режиссёр, народный артист СССР Николай Павлович Хмелёв (1901-1945).

Сын заводского мастера из Сормово, Николай Хмелёв в 1919 г. поступил во Вторую студию МХТ; в первые годы искал экспрессионистских резких тем и форм в ролях «злодеев» (Шпигельберг в «Разбойниках» Шиллера, Ушаков и Бирон в «Елизавете Петровне» Д. Смолина). Самолюбивый и сомневающийся в себе, трудный в контактах, он был воспринят как одна из самых интересных фигур «второго поколения» после первых же ролей (старик Марей, «Пугачёвщина», 1925; Силан, «Горячее сердце», 1926). Это положение закрепилось за ним после роли полковника Алексея Турбина («Дни Турбиных», 1926). Сохраняя связь с традицией МХТ — «театра живого человека», Xмелёв придавал сценическим образам предельное напряжение и чёткость; искал то, что он сам парадоксально определял поставленным перед собой вопросом: «какой у меня здесь балет». Его решения отличались продуманностью и внезапностью, он был свободен в выборе стилистических средств и душевных тонов. Он любил смену задач. Он разрабатывал неожиданно мягко и насыщал психологическими нюансами набросок фигуры большевика Пеклеванова в «Бронепоезде 14-69» Вс. Иванова (1927). Он играл в «Дядюшкином сне» по Достоевскому (1929) князя К. — существо механическое, разлаженное и несчастное, с вывихнутыми и причиняющими боль шарнирами. В «Растратчиках» Катаева (1928) он гениально репетировал кассира Ваничку — простака, подхваченного волной поэзии, нарастающим ритмом авантюры; при изменившемся распределении ролей он нашел жёсткую краткость штриха для инженера Шольте, растратчика холодного и чующего близкий край своего приключения. В один и тот же год (1935) он нашёл своего обречённо-светлого, вопреки всему исповедующего мир, царя Фёдора и сыграл прокурора Скроботова во «Врагах» Горького, донося не только разницу человеческих характеров, но разницу эстетики и философии двух полярных спектаклей, равно важных в репертуаре МХАТ в 30-е годы. Сторожев в «Земле» Вирты и Каренин в «Анне Карениной» (обе роли — 1937), с их резким, непререкаемым идейным чеканом, — и тотчас вслед за ними Тузенбах в «Трёх сестрах» (1940), роль, пронизанная неуловимым лиризмом и построенная на точности физического состояния (предвкушение праздника в II акте, мягкий зимний вечер, теплый снег, под которым Тузенбах ждал на улице, чтобы проводить Ирину со службы домой; предчувствие смерти в IV акте, бессонная ночь, желание взбодриться — «я сегодня не пил кофе»). Вл. И. Немирович-Данченко согласился, что именно Хмелёву должна быть отдана роль Астрова в задуманном в 1940 г. «Дяде Ване»: сильный ум, суммирующий свое объективное бессилие, — он мог это сыграть остро и мощно. Драмы ума были вообще его сферой. Долгие годы его мечтой был Гамлет, он начинал эту работу с Немировичем-Данченко, пока по логике эпохи режиссёр не сменил толкование образа героя — вместо трагического приключения мысли, идущей по лабиринтам реальности, в центр вставала энергия сопротивления, способность обнажить шпагу, и роль перешла к Б. Н. Ливанову (которому так же не суждено было ее сыграть). По обстоятельствам военного времени Xмелёву пришлось перед выпуском «Кремлёвских курантов» сменить М. М. Тарханова, репетировавшего роль инженера Забелина: в отличие от героя Тарханова — русского ученого из самородков, озорника и юрода — его герой был петербуржцем, наследником культуры, логику гибели которой он мучительски заставлял себя постигать на площади перед Иверской, на здешнем пугливом, глумливом торжке.
Xмелёв тяготел к режиссуре (был травмирован прекращением его работы в МХАТ над «Первой Конной» Вс. Вишневского, 1930). Создал собственную студию в 1932 г. В 1937 г. она слилась со Студией им. Ермоловой, образовав Театр им. Ермоловой, которым Xмелёв руководил до конца жизни. Режиссировал в МХАТ («Фронт», 1942, «Русские люди», 1943, «Последняя жертва», 1944). Был членом руководства (так называемых «шестёрки» и «пятёрки») ещё при жизни основателей театра. Принял на себя ответственность за труппу в годы войны, когда Немирович-Данченко был в эвакуации в Тбилиси. После смерти Немировича-Данченко в 1943 г. Xмелёв стал художественным руководителем МХАТ (директором стал Москвин). Его выдвижение так же было предопределено его дарованиями, как и особым к нему отношением И. В. Сталина: Сталин восхищался его Турбиным, его Карениным — после «Анны Карениной» Xмелёву, как и А. К. Тарасовой, в нарушение обычного порядка присвоения почётных званий, сразу «дали народного СССР».
Последней его актёрской работой был Иван Грозный в трагедии А. Н. Толстого «Трудные годы». Умер в театре в день генеральной репетиции. 

Инна Соловьёва, «МХАТ. 100 лет»
>  10 августа
115 лет со дня рождения Вадима Шверубовича


10 августа исполняется 115 лет со дня рождения легендарного сотрудника постановочной части МХАТ, педагога, заслуженного деятеля искусств РСФСР Вадима Васильевича Шверубовича (1901-1981).

Сын Василия Качалова и Нины Литовцевой, Вадим Шверубович был в детстве и отрочестве любимым воспитанником Леопольда Сулержицкого, от которого, как и от родителей, на всю жизнь воспринял благородство принципов, способность брать на себя обязанности других, демократизм, верность своему слову. Высшего образования Шверубович не успел получить в силу обстоятельств: ушел в 18 лет добровольцем в Белую армию, а после тифа начал работать как помреж и сотрудник постановочной части «качаловской группы», гастролировавшей с 1919 по 1922 г. по югу России, а затем за границей. Те же обязанности были на него возложены Станиславским и во время зарубежных гастролей воссоединившегося в Москве Художественного театра (1922-1924).
С 1932 г. Вадим Шверубович — заместитель заведующего, а затем заведующий постановочной частью МХАТ (в 1926-1930 — зав. постановочной частью Ленинградской академической драмы, в 1930-1932 гг. — Студии Малого театра). Оба основателя, как и все «старики» МХАТ, видели в нем одного из тех строителей театра, которым он обязан мировой славой. К этому были все основания. И. Я. Гремиславский и В. В. Шверубович превратили постановочную часть театра из вспомогательно-служебной в творческую, а постановочную технику возвели в степень искусства.
Как работник МХАТ Шверубович с начала Отечественной войны имел бронь, но ушел в ополчение. Под Вязьмой попал в плен. Его дальнейшая эпопея включает побег из лагеря, переход через Сен-Готар в Италию, где его спрятали в одном из горных монастырей монахи-бенедиктинцы, участие в итальянском антифашистском Сопротивлении на севере страны. После победы он работал в резервации бывших военнопленных в Модене, где его по запросам отца разыскали; он получил бумаги для возвращения на родину, но с пограничной станции был немедленно отправлен в другой лагерь — советский. Ограбленный до нитки, в рубище из мешковины, истекающий кровью от дизентерии и побоев, он был чудом вновь найден и после десятидневного допроса на Лубянке вернулся наконец домой и на работу в МХАТ. 
С 1946 г. начал театрально-педагогическую деятельность в Школе-студии, где с 1954 г. возглавил постановочный факультет после кончины его основателя Гремиславского. Он был одним из создателей вышедшего из недр Школы-студии театра «Современник».
Незаурядный литературный дар Шверубовича открылся в мемуарных книгах «О людях, о театре и о себе» (1976) и «В старом Художественном театре» (посмертное издание, 1990). Автобиография как бы сливается здесь воедино с биографией Художественного театра. Подкупает живость намеренно «нелитературного», «разговорного» повествования. Уникально его проникновение во внутренний творческий мир Качалова. Перу Шверубовича принадлежит едва ли не самый живой портрет Станиславского: всего на нескольких страницах книги — восприятие духовной квинтэссенции и мирового значения его знаменитой «системы».

Виталий Виленкин, «МХАТ. 100 лет»